Интервью с Massimo Braccialini (Массимо Браччалини)

Элегантность, память, идентичность. Некоторые модные истории рассказывают не только об аксессуарах или стиле, но и о видении, характере и тонкости восприятия. История Массимо Браччалини начинается внутри одной из великих творческих семей Италии и со временем обретает собственный голос — личный, подлинный и современный.

Выросший рядом с Карлой Браччалини, культовой фигурой итальянского дизайна, Массимо познал моду изнутри — через интуицию, дисциплину, поиск и свободу самовыражения. После многих лет работы в семейной компании он решил пойти самостоятельным путём, продолжив интерпретировать мир кожгалантереи через свой личный взгляд, основанный на качестве, эмоции и внимании к детали.

В этой беседе он возвращается к воспоминаниям детства, говорит о связи с матерью, об уроках, которые определили его жизнь, и о видении, которое сегодня формирует его творческую вселенную.

В социальных сетях иногда спрашивают: «Кто такой Массимо Браччалини?» Как бы вы ответили на этот вопрос?

Массимо Браччалини — это человек, который прежде всего любит жизнь, а затем настолько любит свою работу, что на частый вопрос «Какое у тебя хобби?» я отвечаю: моё хобби — это моя работа. Звучит необычно, но когда ты по-настоящему увлечён тем, что делаешь, это приносит огромное внутреннее удовлетворение.

В свободное время я часто путешествую, и это помогает мне освобождать сознание от повседневности, давать простор фантазии и творчеству. Уже более сорока лет я иду этим путём — сначала как дизайнер, затем как менеджер, — но мне всё ещё удаётся сохранять тот самый энтузиазм, что был в начале.

Я любопытен по натуре и люблю наблюдать за тем, что происходит вокруг: пытаться понять, как меняется образ жизни людей, особенно женщин, как меняются нравы, общество и, конечно, мода. Я стараюсь уловить любой сигнал перемен. И, возможно, потому что я родился в этом мире, мода по-прежнему меня завораживает.

В целом я не люблю банальность и обезличенность. И в то же время считаю, что творчество, даже если оно дано от природы, необходимо постоянно развивать: оно воспитывает чувствительность, которая нужна каждому из нас.

Какие воспоминания у вас остались о детстве рядом с Карлой Браччалини?

Моё детство рядом с матерью наполнено воспоминаниями. В те годы она часто брала меня с собой на работу, и я всегда с восхищением наблюдал, как с большим мастерством и творческой силой рождаются изделия, которые со временем словно по волшебству менялись и преображались.

Меня всегда поражали и её отношения с поставщиками и сотрудниками. Она, безусловно, была женщиной с сильным характером, но все её уважали, любили и относились к ней с большим доверием. Думаю, отчасти это было связано с тем, что в то время женщин-дизайнеров и женщин-предпринимателей было совсем немного.

Я видел, как она переживала прекрасные и тяжёлые моменты, но ей всегда удавалось преодолевать их с огромной силой духа. Помню последствия наводнения 1958 года во Флоренции, когда предприятие было сметено напором Арно и всё было потеряно... Но она вместе с моим отцом с невероятным упорством начала всё с нуля. Это были непростые времена, но я не воспринимал их как драму.

Роберто Браччалини с детьми, 1973
 

С самого детства она брала меня с собой в Париж или Лондон для поиска идей, и я следовал за ней с огромным энтузиазмом. Конечно, как мать она иногда бывала строгой, но передала мне важнейший жизненный урок — дух свободы, который затем определил всю мою жизнь.

И, наконец... поцелуй на ночь: прекрасное, неизгладимое воспоминание.

Ваш путь в моде и в семейной компании стал естественным продолжением семейной истории? Или в какой-то момент вы думали выбрать совершенно другую профессию?

На самом деле в юности я думал только о красивой жизни — был своего рода маленьким принцем! Но после смерти отца, когда я едва достиг совершеннолетия, я понял, что передо мной открывается очень важная дверь: в компании образовалась пустота, и поэтому моей мечтой очень быстро стало работать.

Карла Браччалини с детьми в образцовом зале фабрики на улице Пио Райна в Коверчано, 1984

 

Сразу после окончания учёбы я начал работать в компании. Первое, что я понял: если я хочу попытаться быть рядом с матерью в управлении бизнесом, мне необходимо «выучить ремесло».

Я засучил рукава и около трёх лет работал под руководством главного модельера-конструктора моей матери, стараясь изучить все техники обработки, постепенно приобретая всё больше навыков, завоёвывая уважение сотрудников и, прежде всего, доверие моей матери.

С этого момента я начал тесно сотрудничать с ней. Это сотрудничество длилось около сорока лет и стало незабываемым жизненным опытом. Мы работали в настоящем симбиозе: каждый задуманный проект обсуждали вместе, порой очень горячо.

Слева: Массимо Браччалини на озере Сринагар, Кашмир, 1985 / Справа: Карла Браччалини во время путешествия по Индии, 1985
 

Я признаю, что моя мать в мире кожгалантереи была визионером, гением — иногда даже немного безумным. Я же занимался стилистической стороной, но с более коммерческим видением. Из этого союза родилось то, что, без ложной скромности, осталось в истории итальянской и мировой кожгалантереи.

Был только один момент, когда я подумал всё бросить: мне было около тридцати. После бешеного ритма первых лет я понял, что эта работа требует огромного духа самопожертвования и полной отдачи, иногда даже в ущерб личной жизни. Моя мать очень прагматично сказала мне: «Мы дошли до этого момента, и теперь ты уже не можешь отступить!» Я немного подумал и решил идти дальше.

Если бы я не выбрал эту профессию, я хотел бы заниматься музыкой или посвятить себя фотографии. Впрочем, фотографией я занимался и продолжаю заниматься до сих пор — уже в связи с моей работой.

Чему вас научила ваша мать? Какой главный жизненный урок вы приняли как свой и несёте с собой до сих пор?

Думаю, один из самых важных уроков — «никогда не сдаваться». Это сила характера и упорство, позволяющие продвигать собственные идеи с энергией и решимостью. Иметь смелость дерзать — конечно, я говорю о профессиональной стороне.

Я помню, что в прошлом бывали моменты, когда часть публики не понимала её творений. Но время оказалось союзником, и благодаря настойчивости заслуженный успех всё же пришёл.

А ещё — стремление к красоте, классу, эстетизму, индивидуальности, но без малейшего желания играть главную роль любой ценой.

Ещё один важный аспект, который она мне передала, — это мир цвета. Он практически бесконечен, и умение мудро смешивать или сочетать оттенки часто становится тем самым решающим отличием.

И, наконец, преданность работе. Работа, сделанная с любовью и страстью, — это не усталость, а стимул идти вперёд и становиться лучше.

Каким был ваш профессиональный путь внутри Braccialini до создания собственного проекта?

Мой профессиональный путь внутри Braccialini был очень долгим. Я всегда занимался творческой частью на 360 градусов. Это означало не только создание или придумывание новых изделий.

Я провёл много времени на кожевенных производствах, чтобы изучить техники дубления и научиться разрабатывать новые виды кожи и новые способы обработки, которые лучше всего соответствовали бы вкусу Braccialini.

По мере роста компании постоянно росли и её потребности. В первую очередь я следил за тем, чтобы любой продукт, выпускаемый под именем Braccialini, сохранял идентичность бренда. Мы разработали бесконечное количество продуктов, которые для нас были своего рода «спутниками»: они не относились напрямую к кожгалантерее, но представляли важную часть бизнеса. Речь о туфлях, зонтах, платках, трикотаже, футболках, купальниках, часах, бижутерии... вплоть до мотоциклетных шлемов. Всё должно было нести вкус и характер бренда.

Другим очень важным направлением был retail. Со временем мы поняли, что не можем оставаться только дизайнерами и производителями. Если мы хотим заявить о себе на итальянском и, главное, мировом рынке, нам нужно открывать монобрендовые магазины под собственным именем.

Первым, конечно, была Флоренция, затем Милан, потом Рим, а затем мы продолжили развиваться, пока в Италии не появилось около двадцати точек продаж. Позже мы открылись в Париже, Лондоне, Москве, Токио, Гонконге, Нью-Йорке и других крупнейших городах мира. Думаю, в итоге между собственными магазинами и франшизами у нас было более 200 магазинов по всему миру.

Массимо Браччалини в своём рабочем кабинете, 2012
 

Это требовало огромной работы над концепцией и планировкой магазинов, которые со временем постоянно эволюционировали. И в этом случае я сопровождал, направлял и контролировал работу архитекторов.

Ещё одним важнейшим аспектом была визуальная часть. Планирование календаря витрин по всему миру, а особенно их креативная составляющая, было очень важной и трудоёмкой задачей. Поэтому у нас была создана специальная команда, которую необходимо было направлять, вести и лично контролировать. Все витрины должны были одновременно транслировать то, чем в данный момент являлся «мир Braccialini».

Массимо и Лоренцо Браччалини, 2012
 

Ещё одним важным направлением была коммуникация. Конечно, у нас был создан отдел маркетинга, который занимался планированием всех рекламных инструментов, но я вместе с матерью отвечал за креативность образов для рекламных кампаний, сотрудничая со многими из самых востребованных фотографов и графических дизайнеров того времени. Всё должно было быть решено и утверждено нами.

Часто это были настоящие творческие роды... почти как создание коллекции! Есть ещё множество направлений, которыми я занимался, но не хотел бы слишком затягивать. В любом случае на протяжении многих лет я занимал должность креативного директора компании.

Почему вы решили запустить собственный бренд? Что стало главным мотивом для самостоятельного пути?

Главный момент наступил, когда моя мать — совершенно справедливо — решила завершить свою профессиональную жизнь. Мой проект родился, я бы сказал, почти «за столом», как продуманная идея. Хорошо зная мир кожгалантереи и анализируя его ещё внимательнее, я спросил себя: чего может не хватать рынку для успеха?

Ответ был ясен: современного продукта, который следовал бы постоянно меняющимся канонам моды; продукта Made in Italy, выполненного из натуральной кожи, качественного и при этом доступного по цене — но не в ущерб собственной идентичности и узнаваемости.

M*BRC — коллекция SS 2026
 

Я исходил из идеи, что ценовой сегмент должен быть сопоставим с другими брендами, представленными в мультибрендовых магазинах, но многие из них, помимо стиля и вкуса, предлагали в основном синтетические изделия, произведённые в Китае.

Я не обязательно фанат Made in Italy, но считаю, что это по-прежнему синоним качества и хорошего ремесленного мастерства.

Что касается кожи, сегодня культура этого удивительного материала, обладающего важной историей и традицией, практически утрачена, и я не буду сейчас подробно об этом говорить. Но есть один неоспоримый факт: кожа гораздо долговечнее синтетического материала или искусственной кожи.

Если за кожаной сумкой правильно ухаживать, она может служить годами и годами. Сумка из синтетики живёт намного меньше: со временем она трескается, отслаивается и сильно страдает от перепадов температуры. Это означает, что «инвестиция» в покупку кожаной сумки оказывается значительно более выгодной.

Часто, помимо самой инвестиции, многие клиентки привязываются к своей сумке и хотят, чтобы она никогда не заканчивала свою жизнь... А в одном можно быть уверенным: синтетическая сумка точно не отличается долговечностью.

За последние годы в покупательском поведении произошёл сдвиг, выросла осознанность: конечная клиентка начала понимать существенную разницу между двумя материалами, и это сыграло в нашу пользу, вызвав заметный интерес и признание наших продуктов на рынке.

Всё это — более практическая сторона вопроса. Но были и другие мотивы. Главная идея заключалась в том, чтобы иначе подойти к созданию коллекции. В Braccialini мы отчасти были связаны стилистическими кодами бренда. Я захотел двигаться вперёд без ограничений прошлого и выражать себя стилистически так, как я это чувствую... скажем, с большим ощущением свободы.

Конечно, после стольких лет, проведённых в Braccialini, где я создавал множество успешных линий, логично, что часть этого ДНК осталась со мной. Иначе и быть не могло, и я совершенно не отрицаю прошлое. Но моя идея как раз в том, чтобы развиваться, создавая новые и другие продукты.

Я снова поставил себя на кон, и это дало мне множество новых стимулов, хотя в конечном счёте я примерно занимаюсь тем же, чем занимался раньше... но изменилось всё!

Когда я начал этот новый путь, моя мать сказала мне: «У тебя смелости больше, чем у льва». И это наполнило меня гордостью... особенно потому, что эти слова сказала именно она...

Чем ваш стиль как дизайнера отличается от стиля Карлы Браччалини?

Карла Браччалини стала известна во всём мире благодаря своим культовым сумкам невероятной фантазии — сумкам-драгоценностям, почти произведениям искусства, сумкам, которые могло придумать только её творческое гениальное воображение. На доведение некоторых из них уходили месяцы. Это был волшебный мир. Вещи вне времени.

Изделия, которые создаю я, в большинстве случаев больше подходят для повседневной носки: для динамичной современной женщины, которая следит за модой, но не становится её жертвой, и при этом не хочет отказываться от сумки с характером — сумки, которая выделяется на фоне общей унификации.

Что для вас важнее всего в красивой сумке: идея, форма, цвет, качество кожи или эмоция, которую она способна передать?

Известно, что женщина в большинстве случаев покупает более импульсивно, чем мужчина, поэтому эмоция становится тем самым пусковым механизмом покупки. Но все остальные элементы не менее важны. Идеал — суметь соединить и удовлетворить все эти качества.

В конце концов именно привязанность становится самым важным.

Как бы вы описали бренд M*BRC человеку, который открывает его для себя впервые?

Мир M*BRC — это сочетание конкретности и творчества. Не может существовать продукт без особых характеристик. Конечно, фактор кожи имеет решающее значение, но в каждой отдельной модели должен ощущаться вкус уникальности и ценности — более или менее выраженный.

M*BRC — сумки в стиле colour blocking
 

Особая обработка, проработанный или украшенный ремень, ощущение ремесленного мастерства, металлическая фурнитура, необычные аппликации, специальные техники работы с кожей... Всё может способствовать тому, чтобы изделие стало узнаваемым, выразительным и способным очаровать.

Самое удивительное в том, что в моде, казалось бы, уже всё было сделано. Но это немного похоже на музыку: нот всего семь, и всё же до сих пор находятся те, кто способен создать что-то новое. Я претендую на то, чтобы делать то же самое со своими изделиями.

И не будем забывать, что сумка по-прежнему остаётся продуктом, который создаётся вручную, а сегодня это уже вовсе не так очевидно.

Что бы вы хотели, чтобы публика сегодня знала о вас — не только как о сыне Карлы Браччалини, но и как о дизайнере с собственной идентичностью?

Думаю, стилистические качества проявляются «в деле». Для меня важны не слова, а факты. А факты — это умение уловить вкус публики, сохраняя при этом собственную творческую идентичность. Передавать эмоции, которые созвучны потребностям потенциальных клиенток.

В силу профессиональной привычки я не могу представить себе продукт, не думая о женщине, которая могла бы его носить. Поэтому для меня крайне важно постоянно наблюдать за модными тенденциями, но ещё больше — за меняющимися настроениями и привычками женского мира.

Работа с моей матерью никогда не была подчинением. Я бы назвал её почти симбиотическим сотрудничеством. В рамках коллекций Braccialini было много линий, которые я создавал полностью самостоятельно, и они получили большое признание на рынке.

Много лет назад в одном интервью моя мать сказала, что я стал почти лучше неё... Я никогда так не думал, но, скажем, в тени я тоже испытывал огромное удовлетворение, видя, как ценят созданные мной продукты.

Карла Браччалини с детьми во время празднования её восьмидесятилетия
 

С точки зрения стиля меня никогда не беспокоило то, что я сын Карлы Браччалини. Напротив: это было удовольствием и честью, и я никогда не чувствовал, что это меня умаляет. Для широкой публики, казалось, не было важно сообщать о существовании двух дизайнеров, и я всегда гордился тем, что именно она в глазах всех была главной героиней. Она этого заслуживала хотя бы потому, что была основательницей maison и обладала на это бесспорным правом.

Да, конечно, она была Карлой Браччалини. Но для меня она была и остаётся прежде всего моей обожаемой мамой, с которой я разделил радости и трудности — в том числе профессиональные.

Рассказ Массимо Браччалини оставляет ощущение наследия, прожитого не как бремя, а как внутренняя сила. Рядом с памятью о Карле Браччалини проступает самостоятельный, зрелый голос, глубоко связанный с ценностью труда, чувствительности и свободы самовыражения. В мире моды, который меняется непрерывно, его взгляд остаётся верен тому, что действительно важно: идентичности, качеству, эмоции. И, возможно, именно это — самая элегантная подпись из всех.
 

Редактор: Евгения М.